+972 (0)53 9948276

Baptist Village | P.O. Box 501

Neveh Yarak | Israel 4994500

© 2020 light of life.

Размещение материалов данного сайта на любых других интернет-сайтах, или иное их использование как в исходном виде, так и в виде фрагментов, разрешено при условии указания источника в виде ссылки на данный сайт.

Михино счастье

«Есть род, который чист в глазах
своих, тогда как не омыт от
нечистот своих» (Притчи 30:12).

 

Период Судей – время самообмана и самоуспокоенности. Земля обетованная успешно
завоёвана, каждое из двенадцати колен получило свою часть, и наступает застой веры,
продолжавшийся 300 с лишним лет. На войне потомки Авраама были сплочённым народом,
а теперь расселились по земле, обжились своим хозяйством и … забыли первую любовь,
любовь к Господу. Когда нужно было дать отпор врагу, они вспоминали о Боге, собирались
под предводительством очередного судьи, одерживали победу, а затем вновь отпадали от
веры. В книге Судей всё движется по кругу, порочному кругу.
«Был некто на горе Ефремовой, именем Миха. Он сказал матери своей: тысяча
сто сиклей серебра, которые у тебя взяты и за которые ты при мне изрекла проклятие,
это серебро у меня, я взял его. Мать его сказала: благословен сын мой у Господа!» (Суд.
17:1-2).
Сразу видно, что родительница Михи обожает сына и ведёт себя как настоящая
еврейская мама. Украли серебро – так пусть же будет проклят вор. Выяснилось, что это
совершил её любимый отпрыск – «благословен мой сын у Господа». Миха, можно сказать
наверняка, никогда бы и не признался, если бы не испугался материнского проклятия. Да и
признанием это не назовёшь, если он говорит, что взял серебро, а не украл. Никакого
покаяния, просто суеверная боязнь проклятия, а верная мать в срочном порядке направляется
к плавильщику, дабы замолить грехи.
«И возвратил он матери своей тысячу сто сиклей серебра. И сказала мать его: это
серебро я от себя посвятила Господу для сына моего, чтобы сделать из него истукан и
литый кумир; итак отдаю оное тебе. Но он возвратил серебро матери своей. Мать его
взяла двести сиклей серебра и отдала их плавильщику. Он сделал из них истукан и
литый кумир, который и находился в доме Михи. И был у Михи дом Божий. И сделал
он ефод и терафим и посвятил одного из сыновей своих, чтоб он был у него
священником» (Суд. 17:3-5).
Миха искренне думает, что поклоняется Богу Израиля. Знает ли он, что нельзя делать
всяких изваяний и изображений? Несомненно. Однако скиния и ковчег находятся в Силоме.
Вроде бы и не так далеко, но дома столько проблем: вовремя посеять, собрать урожай,
выпасти скот. Так почему бы не устроить храм в собственном доме? Нет ковчега – сделаем
истукана. Нарушается заповедь? Так это же во благо, во имя служения Господу. Миха лично
посвящает сына в священники. Опять-таки железная логика: «В скинии главный
первосвященник, а кто у меня в доме главный? Я! Значит, могу помазывать, кого хочу».
Представьте себе эту церемонию: чванливый Миха возлагает руки на сына, назначая того
священником «дома Божьего». Вот уж поистине «каждый делал то, что ему казалось
справедливым».
В Михином храме, словно в суповом наборе, присутствовали самые различные
предметы идолопоклонства. Ефод – верхняя одежда первосвященника с урим и туммим,
через которые он мог обращаться к Господу. Раз такая важная вещь есть у первосвященника,
то Миха без неё никак не мог обойтись. Терафим (на иврите – множественное число) –

домашние божки, некое подобие талисманам. Истукан (песел) – статуя, которой поклонялись
язычники. Литой кумир (масеха, отсюда произошло слово «маска») – вероятно, изображение
тельца или какого-нибудь другого животного. И всё это барахло посвящено Богу Израиля
Иегове, запретившему всякие изображения! Никакой веры, сплошное кощунство. Таким
людям Иисус скажет: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие»
(Матф. 7:23).
Далее повествование о Михе совершает неожиданный поворот: появляется ещё один
герой – бродячий левит. Хозяин «дома божьего» тут же проводит новые назначения: сына
увольняет с работы, а левита назначает священником. Всего лишь за десять сиклей в год
(таков был тогда месячный заработок), жильё, одеяние и пропитание левит соглашается. Ему
всё равно, что делать, лишь бы платили. Левит совершенно сознательно предаёт Господа.
Ему прекрасно известно, что колену Левия предназначено служить Богу, а не истуканам. А
Миха, окутанный самообманом, уверен, что решил все свои проблемы. Логика на грани
фантастики:
«…теперь я знаю, что Господь будет мне благотворить, потому что левит у меня
священником» (Суд. 17:13).
Заметьте: не «потому что я люблю Бога», не «потому что я живу Его именем», а
«потому что левит у меня священником». Не у Бога, а «у меня». Миха всерьёз верит, что с
приходом левита возрос статус его капища. И этот «священник» надевает фальшивый ефод и
совершает службу Михиным идолам.
Через некоторое время пятеро мужей из колена Дана заночевали в доме Михи и, что
называется, «положили глаз» на истукана и прочее богатство. Вернулись они уже с
вооружённым отрядом в 600 человек. Вернулись за тем, что так понравилось разведчикам.
«Когда они вошли в дом Михи и взяли истукан, ефод, терафим и литый кумир,
священник сказал им: что вы делаете? Они сказали ему: молчи, положи руку твою на
уста твои и иди с нами и будь у нас отцом и священником; лучше ли тебе быть
священником в доме одного человека, нежели быть священником в колене или в
племени Израилевом? Священник обрадовался, и взял ефод, терафим и истукан, и
пошел с народом» (Суд. 18:18-20).
Как быстро левит соглашается на новую должность! Еще бы: и почётно, и платить,
наверное, будут больше. Он настолько обрадовался, что собственноручно берёт в охапку
идолов (на литой кумир, вероятно, рук не хватило) и лично несёт их. Никому не доверяет
вещи, благодаря которым он так возвысился.
Недолго длилось Михино ликование. Не один раз мы встречаем в Писании возмездие
методом бумеранга. Миха украл серебро, на украденные средства сделал идолов, а теперь
этих идолов крадут у него. Божье наказание за непокаянный грех осуществляется тем же
способом, каким был этот грех совершён. Устроив в доме капище, Миха был уверен, что Бог
ему благотворит. Теперь идолов украли. Казалось бы, есть о чём задуматься. Но не тут-то
было: Миха собирает соседей и бросается в погоню.
«…жители домов соседних с домом Михи собрались и погнались за сынами Дана,
и кричали сынам Дана. Сыны Дановы оборотились и сказали Михе: что тебе, что ты
так кричишь? Миха сказал: вы взяли богов моих, которых я сделал, и священника, и
ушли; чего еще более? как же вы говорите: что тебе?» (Суд. 18:22-24).
Не понимает Миха, что Господь таким способом избавил его от идолопоклонства.
Отныне у него в доме чисто, нет никакой языческой заразы. Однако он по-прежнему
пребывает в самообмане: похитили самое дорогое. Да ещё сыны Дановы издеваются,
спрашивают: «Что ты так кричишь?». Ехидно притворяются, будто не знают причины. Миха
в отчаянии, правда, говорит при этом на редкость вежливо: «Вы взяли богов моих». Ещё бы!
Ведь сам он «взял» у матери серебро, а не украл. Михины соседи, скорее всего, были

прихожанами его домашнего храма, но помочь ему они не смогли – силы были явно не
равны. После угрозы сынов Дана Миха с понурой головой возвращается домой. Ему бы
сейчас задуматься: Господь мог запросто расправиться с 600 воинами и вернуть «сокровища»
законному хозяину. Значит, это не сокровища, а куски камня и металла. И сколько вреда они
наделали в Израиле!
«И поставили у себя сыны Дановы истукан; Ионафан же, сын Гирсона, сына
Манассии, сам и сыновья его были священниками в колене Дановом до дня
переселения жителей той земли» (Суд. 18:30).
В результате целое колено Дана введено в заблуждение. И так будет до дня
переселения – ассирийского плена в 722 году до Р.Х. На этом месте царь Иероваам поставит
золотого тельца, и уже десять израильских колен напрочь забудут своего Бога. А началось
всё с Михи и левита. Но кто этот левит? Еврейские переписчики Ветхого Завета добавили к
имени его прародителя одну букву. В оригинале он сын Гирсона, сын Моше – прямой
потомок Моисея, а переписчики между буквами «м» и «ш» сверху упорно ставили «н»,
переименовывая Моше в Менаше (Манассию). В таком виде это дошло и до наших дней. Не
могли они согласиться с тем, что у Моисея оказался столь недостойный родственник, и ради
защиты Моисея искажали Писание. На это можно ответить словами Христа: «…есть на вас
обвинитель Моисей, на которого вы уповаете» (Иоанн 5:45).
Личность Михи, не пожелавшего ходить в скинию в Силоме, вполне сопоставима со
многими людьми, оставляющими церковь и игнорирующими Слово Божье. Писание учит нас
тому, что верующие должны быть сплочены, находиться в постоянном общении и молитвах,
вместе прославлять Христа. В противном случае человек склоняется к Михиному
самообману, к Михиному «счастью».
Миха остался без терафим, ефода, истукана, литого кумира. Он лишился личного
священника. Больше о нём мы ничего не знаем. Однако мы знаем, что мать Михи потратила
на идолов только 200 сиклей из 1100. Хочется верить, что Миха, вернувшись домой, не
заказал плавильщику нового истукана, а обратился к Богу с вопросом: «Почему всё это со
мной произошло?» Если он задал такой вопрос, то непременно получил единственно верный
ответ: Бог один, и поклоняться Ему нужно без всяких истуканов, без всяких продажных
левитов. И жить нужно не в самообмане, а в любви к Господу.

 

Признался Миха как-то матери: «Твоё пропало серебро.
Ты вора предала проклятию. Так это я его… того».
«Благословен мой сын у Бога, - сказала любящая мать, -
схожу в плавильню за дорогой, чтоб истукана заказать».
Ах, какой счастливый Миха. Впору звать гостей на пир.
Терафим, ефод есть в доме, истукан, литой кумир.
Смотрит Миха с опасеньем: как бы не пробрался вор,
божьим домом называет свой языческий набор.
Забрёл левит в его владения. – Иди-ка ты ко мне пожить.
Будь в доме у меня священником, кумирам жертвы возносить.
Я дам тебе на пропитание в год десять сиклей серебра.
Что, мало? Дам и одеяние. Гляди, нет худа без добра.
Ах, какой счастливый Миха. Впору звать гостей на пир.

Терафим, ефод есть в доме, истукан, литой кумир.
Говорит он в упоенье: «Я теперь почти святой.
У меня левит священник, значит, и Господь со мной».
Но люди из колена Данова вошли однажды к Михе в дом.
Священнику сказали: «Заново тебя на службу мы берём.
Ты жил здесь только с истуканами, а мы тебе построим храм».
С собою взяли люди Дановы кумир, ефод и прочий хлам.
- Что за жизнь, одни лишь беды. Что за люди, что за мир?
Терафим, ефод был в доме, истукан, литой кумир.
Всё украли негодяи, всё злодеи унесли.
Терафимчиков убогих мне оставить не могли.
Погнался Миха за злодеями: «Отдайте мне богов моих!
Верните моего священника! Красть – это грех!..» И вдруг затих…
Ему в ответ лихие молодцы: «Вертайся ты скорей домой,
чтоб твоего не слышать голоса, и чтоб не видеть облик твой».
Хорошо колену Дана. Впору звать гостей на пир.
Терафим, ефод есть в храме, истукан, литой кумир.
Хорошо колену Дана, не понять им одного:
Бог один, а истуканы лишь пустое плутовство.

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload

Избранное

Книга за книгой, день за днем. Выпуск второй. Послание к Колоссянам.

June 30, 2019

1/6
Please reload

Последние публикации
Please reload